Особенности валютного контроля и налоговые споры: обзор судебной практики

Валютный контроль, международное налогообложение, выполнение налоговых обязанностей, применение регистраторов расчетных операций (РРО), взыскание налогового долга, налоговое требование, исключения из моратория на проведение проверок, лицензирование деятельности, размер штрафных санкций – эти и другие вопросы проанализировал судья Верховного Суда в Кассационном административном суде Николай Гимон.

Он обратил внимание на постановление КАС Верховного Суда от 07.11.2024 по делу № 380/9564/23. Его особенность заключалась в том, что субъект хозяйствования предъявил требования о признании противоправным налогового уведомления-решения о начислении пени, вместе с тем ответчиком по этому делу, кроме налогового органа, было определено банковское учреждение, которое осуществляло валютный контроль по данной хозяйственной операции. Требования были заявлены о признании противоправного бездействия банка относительно неснятия с валютного контроля соответствующей операции и обязательства снять данную операцию с валютного контроля.

Верховный Суд, изучив систему валютного контроля, установленную на законодательном уровне, сделал выводы, согласно которым содержание и объем полномочий агента в отношениях валютного надзора не свидетельствует о наличии у банков каких-либо публично-властных управленческих функций, в том числе на выполнение делегированных полномочий. В этой сфере функция агента валютного надзора в банках сводится только к сбору и передаче информации о валютной операции. На уполномоченные банки не возложены полномочия устанавливать нарушения субъектами валютных операций требований действующего законодательства. Поэтому исковые требования по данному делу относительно признания противоправным бездействие банка относительно незавершения валютного контроля (надзора) внешнеэкономической операции по импортному контракту, обязательства банка завершить валютный надзор за соблюдением обязательства по возврату валютной выручки и/или поставки товара на таможенную территорию Украины не подлежат не только рассмотрению по правилам административного судопроизводства, а вообще судебному разбирательству.

Относительно международного налогообложения Николай Гимон рассказал о правосубъектности представительств нерезидентов. По делу № 640/31489/21 Верховный Суд установил, что представительства образуются для выполнения вспомогательных операций вне места нахождения юридического лица. В отличие от филиалов, представительства не выполняют фактических действий, их компетенция ограничена исполнением юридических действий от имени юридического лица. Представительства не признаются субъектами гражданского права, а должностные лица могут действовать от имени юридического лица. Представительство нерезидента, которое не является юридическим лицом, не имеет административной процессуальной правосубъектности (право- и дееспособности), а значит, лишено права на обращение в суд с исковым заявлением.

Говоря о невозможности исполнения налоговых обязанностей, судья остановился на постановлении КАС Верховного Суда от 07.11.2024 по делу № 520/5995/23 относительно применения Порядка подтверждения возможности или невозможности исполнения налогоплательщиком обязанностей, определенных в подпункте 69.1 п. 69 подраздела 10 разд. ХХ «Переходные положения» Налогового кодекса, утвержденного приказом Минфина от 29.07.2022 № 225 (далее – НК, Порядок № 225).

В соответствии с выводами Верховного Суда контролирующий орган, согласно Порядку № 225, по результатам рассмотрения поданных налогоплательщиком документов не имеет права сразу принять отрицательное решение, если таких документов недостаточно. В таком случае орган обязан принять предварительное решение с предложением налогоплательщику предоставить дополнительные документы. Нарушение этой процедуры приводит к признанию отрицательного решения контролирующего органа противоправным и подлежит отмене. Даже после отмены такого решения налогоплательщик не освобождается от исполнения своих налоговых обязанностей. Суд, отменив решение, может обязать контролирующий орган повторно рассмотреть заявление с учетом правовой оценки, предоставленной судом.

Налоговое уведомление-решение, принятое до истечения срока подачи документов и/или с нарушением процедуры, установленной Порядком № 225, также является противоправным и подлежит отмене как преждевременное.

Относительно применения РРО спикер осветил три ключевые позиции, приведя постановление КАС Верховного Суда от 09.09.2024 по делу № 280/6832/23, а именно:

• расчетным может считаться только документ, отвечающий всем требованиям Положения о форме и содержании расчетных документов/электронных расчетных документов, утвержденного приказом Минфина от 21.01.2016 № 13. Отсутствие обязательных реквизитов означает, что документ не является расчетным;
• использование налоговым органом при проведении фактической проверки полученной налоговой информации, поступающей от налогоплательщиков через базы данных информационных, телекоммуникационных и информационно-телекоммуникационных систем, в том числе через информационную Систему учета данных РРО, в виде электронного расчетного (фискального) документа (чека, отчета), является такой, что может использоваться контролирующими органами как налоговая информация при проведении фактических проверок налогоплательщиков;
• НК не устанавливает ограничений относительно периода деятельности плательщика, проверяемого в ходе фактических проверок, кроме ст. 102 НК (не позднее 1 095 дней), а также относительно использования при проведении фактической проверки соответствующих документов, определенных НК, налоговой информации, данных Системы учета данных РРО, других материалов, полученных в порядке и способом, предусмотренным НК или иными законами, контроль за соблюдением которых возложен на контролирующие органы.

Также Николай Гимон привел дело № 160/517/23, в котором Верховный Суд разъяснил особенности процедуры взыскания налогового долга. В этом деле речь шла о предоставлении разрешения на погашение суммы налогового долга за счет имущества, находящегося в налоговом залоге. Наличие налогового долга не оспаривалось, однако суды отказали в удовлетворении заявления контролирующего органа, сославшись на то, что орган не доказал, что перед обращением в суд принимал меры по взысканию долга за счет средств в банках. Суд не обратил внимания на то, что этот долг возник вследствие самостоятельного декларирования налогоплательщиком своих обязательств, которые не были своевременно уплачены. Также не было учтено, что взыскание за счет средств в банках уже происходило, но в другой процедуре – на основании решения руководителя контролирующего органа. Таким образом, сославшись на отсутствие судебного решения об удержании средств со счетов, суд отказал в удовлетворении заявления об обращении взыскания на имущество.

В указанном деле Верховный Суд отметил, что в спорах о предоставлении разрешения на погашение суммы налогового долга за счет имущества, находящегося в налоговом залоге, у контролирующего органа отсутствует обязанность доказывать наличие вступившего в законную силу судебного решения о взыскании налогового долга за счет средств в банках (п. 95.3 НК), если такой налоговый долг возник в результате неуплаты денежных обязательств и/или пени, определенных налогоплательщиком в налоговых декларациях или уточняющих расчетах, представляемых контролирующему органу в установленные НК сроки, и контролирующий орган принимал меры по погашению такого долга на основании решения руководителя контролирующего органа, принятого в соответствии с п. 95.5 НК.

«То есть процедуры, предусмотренные п. 95.3 и 95.5 НК, имеют равную силу в общей процедуре действий налогового органа по взысканию налогового долга при соблюдении тех условий, когда разрешается, чтобы решение в порядке п. 95.5 принималось руководителем контролирующего органа без обращения в суд», – подчеркнул Николай Гимон.

Верховный Суд

Присоединяйтесь к Uteka в Telegramm